Наш Антон Зырянов перевел статью о Ян Юйтине, знаменитом мастере традиционного тайцзицюань, товарище У Тунаня, учителе Ма Юцина.
Мастер багуачжан Го Сюэсинь о встречах с мастером тайцзицюань Ян Юйтином и о совершенствовании в практике
(пер. с кит.)
В период с середины-конца шестидесятых до середины-конца семидесятых годов прошлого века мастер Ян Юйтин, ученик мастера тайцзицюань стиля У – Ван Маочжая, преподавал тайцзицюань на пустыре в северо-западном углу у канала Тунцзыхэ за Дворцом культуры трудящихся Пекина. Я в то время, мне было лет двадцать, следовал за своим учителем Ван Жунтаном и учился как раз в нескольких десятках метров к востоку от места, где преподавал мастер Ян. Обстановку там мы по обе стороны видели совершенно ясно, и если говорить чуть громче, то даже слышно было. Я приходил туда три-пять раз в неделю и каждый раз приветствовал мастера Яна и других людей. Так прошло почти десять лет, и многое из того, что там происходило, мы могли слышать и видеть. Сейчас, вспоминая, понимаю, как много упущено — не сохранилось фотографий, запечатлевших блеск и мастерство знаменитых мастеров, приходивших туда, сохранились лишь рассказы.
В те времена мы часто ходили заниматься к Дворцу культуры трудящихся. Если идти от площади Тяньаньмэнь мимо ворот Чжунмэнь, обязательно нужно было пройти северные ворота Дворца культуры, там и была площадка, где занимался мастер Ян. Стоя у северных ворот, примерно в ста метрах к северу можно было увидеть место его тренировок, вокруг не было деревьев — обзор был прекрасный. Иногда учитель Ван Жунтан отсутствовал, и мы направлялись послушать наставления мастера Яна (так как проходили мимо, здоровались, и отношения были достаточно близкими). Мастер Ян любил молодых и активных ребят, и поскольку мы тоже изучали стиль У, нам было о чём поговорить.
После начала тренировки с мастером Яном возникало ощущение, будто всё его тело движется, ни одна часть тела не фиксирована твёрдо, словно волна моря катится непрерывно, кожа кажется наполненной множеством свободно перемещающихся круглых шариков разного размера, постоянно движущихся внутри. Это движение было скрыто внутри и не проявлялось внешне. При прикосновении к мастеру, чувствовалось нечто мягкое, однако одновременно при этом ощущалась и плотность. Говоря так, я понимаю, что мои слова звучат странно, будто я говорю о каких-то чудесах, хотя сам я являюсь материалистом, прошёл немало реальных боев, и не склонен слепо повторять чужое мнение. К счастью, мне посчастливилось почувствовать технику различных предшественников, занимаясь вместе с ними.
При выполнении туйшоу с мастером Яном после одного круга он сказал: «У тебя левая рука плохая». Я спросил почему, и мастер объяснил: «Посмотри, когда делаешь круговое движение, твой левый локоть почти достигает уровня плеча, значит, отсутствует чувство опускания локтя». После этих слов он слегка приподнял мой локоть, и я мгновенно почувствовал, как мое тело само собой повернулось назад. Тогда я понял, о чём говорил мастер, продолжив: «Опусти локоть немного ниже, почувствуй тяжесть локтя…», и далее предложил попробовать снова. С тех пор я больше не поднимал локти в парных занятиях с другими людьми.
Летом 1974 года, я, как обычно, отправился к каналу Тунцзыхэ. День выдался прекрасным, настроение было отличным. Придя на берег канала, я увидел моих старших братьев по школе Чжао Миньхуа и Гэ Чжицюаня, Сяо Чжуцзы и ещё одного ученика по имени Тяньцзинь Чэнь (ему было тогда около 60 лет), и мы вместе стали заниматься. Рядом с местом занятий мастера Яна собралось довольно много народа, слышались оживленные голоса (обычно там царила тишина), а учитель Ван Жунтан ещё не пришёл. Мы решили пойти посмотреть, что там происходит. Подойдя ближе, увидели толпу зрителей, среди которых находился мастер Ян, беседующий с тремя мужчинами и одной женщиной. Один мужчина выглядел примерно пятидесяти лет по возрасту, двое других были моложе тридцати, судя по говору, они приехали из Северо-Восточного Китая (возможно, из Харбина).
Тогда мастеру Яну было около восьмидесяти шести лет, однако он имел острый слух и ясное зрение, передвигался легко и уверенно, казалось, что ему не больше семидесяти лет. Во время разговора мастер попросил показать какую-либо технику кулачного боя. Молодой человек вышел вперёд и серьёзно продемонстрировал свою технику, после чего мастер терпеливо поправлял некоторые движения, поясняя: «Внешне надо двигаться мягко, но внутренне сохранять твердость». Затем продолжил, обращаясь к нашей группе: «Мягкость должна проявляться снаружи, а внутренняя сила должна оставаться скрытой, не проявляясь для противника, используй мягкость против жесткости противника, нейтрализуя её, вот тогда считайте, что уже кое-чему научились».
Мастер добавил: «Занимаясь тайцзицюань, главное – использовать намерение «и», а не грубую физическую силу «ли», всё тело должно быть расслаблено, внутренняя сила «цзинь» не может быть ни на йоту грубой». Пришедший молодой человек спросил: «Но как развить силу без применения физических усилий?» Мастер Ян ответил: «У человека есть энергетические каналы, подобные подземным трубам с водой, если трубы внутри свободны, то и вода течёт свободно, равно как если меридианы открыты, энергия «ци» циркулирует хорошо. Если хочешь обрести полноту внутренней силы «цзинь» во всем теле, знай, что там, где «ци» и кровь застаиваются, движения теряют гибкость». Нужно применять намерение «и», а не грубую силу «ли». Тогда ци и кровь будут свободно циркулировать. При ежедневной практике, со временем обретёшь подлинную внутреннюю силу («нэйцзинь») – ту самую, о которой в тайцзицюань говорят: «Обрести предельную мягкость, дабы затем явить несокрушимую твёрдость».
Мастер Ян продолжил: «У истинного мастера внутренних стилей руки – будто железный прут, обёрнутый ватой. Стоит коснуться его руки – и ощущаешь невероятную тяжесть». Затем он указал на нас, усмехнувшись: «Разве вы не чувствовали этого, когда ваши руки соприкасались с вашим учителем?» Мы синхронно закивали: «Так точно, чувствовали!».
Мастер добавил: «Внешние стили – другое дело. Когда боец применяет грубую силу, она заметна, но без неё его движения пусты и бессмысленны. Его внешняя сила («вайцзинь») на самой поверхности, на неё легко воздействовать…»
Приехавшие с северо-востока парни слушали, раскрыв рты, покачивая головами и лопоча: «Истина… Подлинное знание… Потрясающе!» Позже они почтительно протянули мастеру Яну сигареты (он отказался: «Не курю»), а затем оставили свои имена и адреса.
Учитель же развил мысль: «Практикующие боевые искусства, вероятно, слышали такую поговорку: «Если лишь набивать кулаки, не тренируя мастерство – в итоге останешься у разбитого корыта». Понимание этой истины меняется с возрастом – от поверхностного к более глубокому. Чем старше становишься (как ни старайся поддерживать мастерство), тем острее её постигаешь».
Практика багуачжан в течение жизни делится на четыре этапа:
Развитие тела;
Вскармливание жизненной энергии;
Духовное совершенствование;
Одухотворенное существование.
У каждого этапа — свой условный возрастной период, и методы тренировки тоже различаются. Хотелось бы подробно объяснить конкретные практики, но сейчас пока не получится – мыслей много, а пишу медленно, да и правки требуют времени. Напишу об этом позже, когда смогу уделить тексту достаточно времени».
Вкратце же так:
Этап развития тела: «Растягивай сухожилия, раскрывай кости (по заветам предков: «Хочешь величия при людях – трудись втайне»). Акцент на внешнем.
Этап вскармливания энергии: «Избегай чрезмерного использования грубой силы «ли». Внутреннее и внешнее пестуй совместно».
Этап духовного совершенствования: «Обеспечь полноту ци и крови: внутреннее наполняет внешнее».
Этап одухотворенного существования: «Акцент на внутреннем. Внешне неподвижен – внутри движение».
С годами опытные мастера всё больше внимания уделяют внутренней практике, сокращая тренировку грубой силы. Так они сохраняют мастерство, замедляя его угасание. Оттачивая внутреннее, они обретают утончённую силу. Многие секреты не являются чем-то сверхзагадочным – они словно оконная бумага: прорвёшь её – и истина явит себя.
Боевые искусства возникли в эпоху господства холодного оружия как система самозащиты, эффективного поражения или обезвреживания противника. Пройдя сквозь множество кровавых схваток, мастера прошлого объединили самые практичные приёмы и методы укрепления тела в комплексы («таолу») — для удобства запоминания, тренировки и боевого применения.
Для последующих поколений изучение таолу необходимо, но истинная цель – посредством изучения этих комплексов, вернуть техники в русло реального боя. В этом изначальная суть боевых искусств, закономерный итог тренировок и бесценное наследие, оставленное нам предками. Поэтому «чайшоу» (拆手 – «разбор форм») – ключевая часть самой сути боевых искусств.
Ответ на вопрос собеседника в сети:
Чтобы постичь суть боевых искусств, нужно:
– иметь мудрого учителя;
– обладать природным даром;
– вкладывать усердие;
– реально практиковать.
Читать книги или смотреть объяснения в сети, даже с подробными схемами – этого недостаточно. Иначе мастера боевых искусств встречались бы на каждом углу. Это как шахматные этюды гроссмейстеров: люди разного уровня смотрят на них, но глубина понимания – небо и земля.
Китайские боевые искусства – это цельная, глубочайшая по содержанию система. Их суть – не просто в таолу. Другая их ценность – внутреннее содержание. Комплексы можно выучить за месяцы (сколько бы их ни было), но постижение сути требует лет, десятилетий или всей жизни.
Когда говорят, что боевое искусство «исчезает» – теряются не только отдельные таолу. Гибнет главное: то, что труднее всего освоить (и легче всего утратить). Что это? Никак не теория.
Это:
– чайшоу – разбор форм на отдельные техники;
– расшифровка боевого применения каждого движения;
– доведение до автоматизма с партнёром (с чёткой методикой!);
– реальная практика с сопротивляющимся противником – без имитаций!
Иначе в критический момент навык подведёт.
Истинное мастерство – когда в движении, против атак (руками, ногами, оружием), ты применяешь изученное: максимально эффективно поражаешь или контролируешь врага. В этом изначальный дух боевых искусств. (Если цель – лишь поддержание здоровья, хватит таолу и базовых оздоровительных упражнений).
Как освоить боевое применение?
Под руководством учителя необходимо практиковаться с партнёрами (чем больше партнеров-«противников» из разных стилей – тем лучше). Ключевое – это общение с учителем: чувствуй точки приложения его силы, углы атак, смену техник, целостность силы, проникающую мощь, сочетание внутренней и внешней энергии…
Главное условие: никакой имитации! (искусственные падения – спектакль для зрителей. В обучении они бесполезны!).
Настоящий учитель:
– разбирает таолу на элементы + объясняет применение;
– «кормит руки» – ставит технику через пассивный контакт;
– переходит к реальному сопротивлению (после сигнала «практикуем всерьёз!»);
– применяет «тормозящие руки» – контролирует силу, чтобы ты:
А) почувствовал принцип;
Б) упал без травм.
Мастер не причинит вреда ученику – истинный учитель жаждет, чтобы ты превзошёл его. Для этого у него и есть «тормозящие руки» – искусство останавливать удар на волосок от цели».
Так рождается прозрение. Именно это заставляет постигать глубины искусства.
Если по каким-то причинам тебе не удалось этого постичь – это настоящая потеря на пути воина. Не зря говорят: «Истинный учитель рождает великого ученика».
Дао рождается в безмолвии, Добродетель – в смирении и гармонии, Милосердие – в бескорыстной любви, Блаженство — в радости.
Оригинальный текст:
http://www.360doc.com/content/25/0811/12/29545384_1159181647.shtml
_____________________________________________________
Что еще почитать: